December 24th, 2008

trud

(no subject)

Удивительно мыслит Могултай...

Спорят о случае Харрисона. Ольга отстаивает ту идею, что в людях, требующих наказать Харрисона вплоть до смерти, говорит сострадание к ребенку (доброта, по ее определению). Не во всех, конечно, а в нормальных людях. Могултай же категоричен:

**По глупости / недомыслию / привычке к эмоциональному хамству / нетерпимости / фасеточному социальному психозу в стиле "убей его!". Сильно сомневаюсь, что их можно назвать добрыми, но это уж спор о словах. Главное, что причины не имеют отношения к их доброте. Они, может, и добрые (сильно не поверю), но тут в них говорит не некая извращенная их доброта, а просто их зло, которого и в добрых хватает.
(...)
"Ну пойми же, что это компассия, не что-нибудь, побуждает человека доброго растравлять себе душу муками жертвы".

Да. А срывать потом этот стресс от растравления в вытье "распни его" и желании увидеть, как его распинают - это тоже компассия заставляет?!
Нет. Компассия порождает стресс, то самое растравление.
А вот выводить этот стресс таким образом - в воплях "почему его казнят?!!" - побуждает не компассия, а жалость к себе любимому, общая агрессивность, низкая культура и пр. ВОВСЕ НЕ ДОБРОТА.**

http://users.livejournal.com/vasilisk_/412411.html?thread=1041915#t1042939

Жалость к себе любимому и агрессивность. Ну вот не может Немировский себе ничего другого иредставить, и - бац, ярлык наклеен. Ну ведь никак не может быть, что людям ребенка жалко, и оттого они в таком гневе, что не готовы ставить себя на место виновника его гибели.

Для справки: я по трагедии как таковой мнения не имею, но в общем случае скорее согласна с Ольгой (т.е. если человек ребенка любил, а вышла такая пакость, то наказывать его уже бессмысленно, ему сама эта трагедия - наказание).